Эпитафия № 1699

Нас друзья, убитые горем,
Со скалы развеют над морем.
Ты пепел, я пепел.

Таков и мой, и твой удел.

Жизнь уходит из рук, надвигается мгла,
Смерть терзает сердца и кромсает тела,
Возвратившихся нет из загробного мира,
У кого бы мне справиться: как там дела?

В шуме ветра надо мной
Я забуду голос твой.
И от той любви земной,
Что нас сжигала в прах,
И я сходил с ума.

До срока и судьба, и жизнь — одно и то же.
Но час пробьет, и жизнь судьбою назовут.

Тебе наградой был тот краткий миг
Сознанья, что вершины ты достиг,
Но вдруг ты ушел за тот перевал,
За тот перевал, где ни кто не бывал.

Только умер, вновь я жив,
Чуть шепчу в колосьях нив,
Чуть звеню волной ручья,
Слышу отклик соловья.

Презирай стакан порожний
И обрящешь благодать.
Жить приятно, жить несложно,
Если смысла не искать!
Вожделеет разум рьяный
Мысль системою сковать,
А ты лежишь на солнце пьяный,
И на все тебе плевать!

Человек — сам хозяин своей жизни и смерти!

Не может быть! не может быть!
Она жива!.. сейчас проснется…
Смотрите: хочет говорить,
Откроет глазки, улыбнется,
Меня увидит, обоймет
И, вдруг поняв, что плач мой значит,
Ласкаясь, нежно мне шепнет:
«Какой смешной! о чем он плачет!..»
Но нет!.. лежит… тиха, нема,
Недвижна…