Эпитафия № 1652

Придавили груди мне крышкой гробовою,
Заковали рученьки медные замки.

А если тебе не по сердцу мой путь,
Выбери свой или выбери с кем.
А мне по барабану вся эта муть,
Я не червонец, что бы нравиться всем!

Это был мой самый удивительный сон.

Ты ещё девочкой была,
Такой наивной и забавной,
Такой загадочной и странной…
Ты в розовых мечтах жила.

Исчез/исчезла в зеркале мира…

Кто же вздохнул у могилы,
Чья облегчается грудь?
Скорбную душу помилуй,
Господи! Дай отдохнуть.

Почивай же, дружок! Память вечная!
Не жива ль твоя бедная мать?
Или, может, зазноба сердечная
Будет таять, дружка поджидать?

Тебе, Единому, Неповторимому, склоняем головы свои.

На древе человечества высоком
Ты лучшим был его листом,
Воспитанный его чистейшим соком,
Развит чистейшим солнечным лучом!

Под камнем сим почиет муж —
Сторонник твёрдых правил, —
Что сотни тысяч грешных душ
К прапращурам отправил.
Он мягкотелых презирал —
Он был иного рода!.. —
Он был великий генерал
Великого народа.
Но час пробьёт, когда в гробу
Он бодро повернётся
И, невзирая на судьбу,
Восстанет — и вернётся!..
И обратится генерал
К народу со словами:
«Я ненадолго
умирал,
Но нынче —
снова с вами!..