Эпитафия № 1555

Прочь гоните слепое отчаяние!
Скорбь-печаль пусть наружу выльется.
Возвращайтесь жить, обещая мне:
«Любим, помним! Когда-то увидимся!»

Я жил, как ты, любил и пил.
Теперь я мертв — налей полнее!
Не гадок мне твой пьяный пыл,
Уста червя куда сквернее.

Ты хотела перемен и сердцем, и душой.

Пусть здесь не место, — улыбнись ты:
Ты — у могилы оптимиста!
Хоть есть получше в этом мире,
Я счастлив и в такой квартире!

Дни человека, как трава; как цвет полевой, так он цветет! (CII.15).

Ты исчислял шаги мои; прости мои грехи! (XIV.16).

Восхищен, чтобы злоба не изменила разума его, или коварство не прельстило души его!

В воздухе тает
Ворох надежд и ты сам.

Кто нам скажет рассказ этой смерти безмолвной?
Кто над тем, что грядет, приподнимет покров?
Кто представит нам тени, что скрыты, как волны,
В лабиринтной глуши многолюдных гробов?
Кто вольет нам надежду на то, что настанет,
С тем, что здесь, что вот тут, что блеснет и обманет?!

Вы не ушли, хоть преданы земле.
Вы вечно живы в памяти любимых!