Эпитафия № 1552

Последний звук струны моей,
Как вестник смерти, пронесется
И, может быть, в сердцах людей
На тайный вздох их отзовется;
И мир испуганный вздрогнет,
И в тихий час залогом славы,
В немой тоске, на гроб кровавый
Слезу печали принесет.

Я знала, я — Бастилия, а ей суждено было пасть.

Господь один водил его!

Делал/(а) доброе, справедливое и истинное пред лицом Господа, Бога своего!;;

Блаженны все, уповающие на Бога!

Черным дням и войнам нет числа,
Не остановить этот механизм.

Я уповаю на милость Божию во веки веков! (LI.10).

Комета яркая над сутолокой/(суматохой) жизни.

Сказано будетъ, в память ея, о томъ, что она сделала!

Здесь покоится тело, чье сердце уже не терзают невзгоды жизни.