Эпитафия № 1367

Там, высоко, среди звезд в безграничном просторе,
Над облаками, над ливнями и снегопадами
Две отдаленные тайные обсерватории
И между ними незримая хрупкая радуга…

Вдруг, громкая, Запнулась ты и стихла,
И сон, как отзвук колокола смолк…

К дождю звенели облака,
Ласкался путь полынь-травой.
Шли в далеко из далека,
Шли, пели, звали за собой.

Души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их! (III.1).

Человек — сам хозяин своей жизни и смерти!

Бог заступник мой, Бог мой, милующий меня! (LVIII.18).

Лишь миг цвела она меж нами
С улыбкой счастия в тиши,
Чтоб восприяли мы сердцами
Весь аромат ее души.

Изнемогающий, больной,
Души ты не утратил силу,
И жизни мутною волной
Ты чистым унесен в могилу.

Чёрные руки жестом умелым
Ловко сплетают смерти мотив,
Но Белый Сокол молнией белой
Тучи разгонит, жизнь возвратив!

Здесь я вижу смерть,
Вижу свет, как видят след.
Как свет звезды, как свет любви,
Которой нет…