Эпитафия № 1315

Слишком стремительно падаешь вниз,
Но успеваешь понять:
Все эти дни, всю недолгую жизнь
Ты привыкал умирать!

Знаю, как не просто оказаться среди тех,
Кто будет избран после званных веков.
Верую в Грядущего со славою судити нас,
Верую в закон этих слов!

Нет таких слов, чтобы выразить всю боль и скорбь души нашей.

Влачись в пустыне безотрадной
С клеймом проклятья на челе!
Твоим костям в могиле хладной
Не будет места на земле!

Кому ты дорог был при жизни,
Кому дарил ты дружбу и любовь
За вечное души твоей упокоенье
Молиться будут вновь и вновь.

Память о нем не погибнет, и имя его будет жить в роды родов!

От страха смерти я, — поверьте мне, — далек:
Страшнее жизни что мне приготовил рок?
Я душу получил на подержанье только
И возвращу ее, когда наступит срок.

Все знающие имя его скажите: «как сокрушен жезл силы, посох славы!» (XLVIII.17).

Увидел бы брата — и с ним не расстался;
Но небо высоко, а на небе он.

Никто не смог тебя спасти,
Ушел (ушла) из жизни очень рано,
Но светлый образ твой родной
Мы будем помнить постоянно.