Эпитафия № 1049

Он, умирая, сомневался,
Что за чертою станет с ним.
Но Бог всегда с ним оставался
Бог верен избранным своим.

Скажу я вам, старушка эта
Актрисой славною была!
Звездою сцен, мечтой поэтов,
Любовью зрителей слыла.
Бывало, после представленья
Ей от толпы проезда нет
И публика от восхищенья
Гремела «Браво!» ей во след.

Смерть ужасна.
Но память ей неподвластна.
Помним, любим, скорбим.

Я научился смотреть на смерть просто как на старый долг, который рано или поздно придется заплатить.

Господь один водил его! (XXXII.12)

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

Вечные сумерки здесь,
Нет ни друзей, ни врагов
Там ветра нет, там странный замок стоит
На краю времени!

Всю жизнь в труде живём,
Чтоб заслужить могилу

Светлая (Вечная) память о тебе,
Навсегда останется в наших сердцах

Оставите детей приходите ко мне; бо есть царствие Божие!